doska1.jpg



Яндекс.Метрика
История Пятнадцать суворовских уроков современному руководителю
Пятнадцать суворовских уроков современному руководителю

Есть, конечно же есть пророки и в нашем любезном сердцу Отечестве. Среди них – генералиссимус Суворов. Гений Суворова многолик, многогранен, полифоничен. Не растекаясь мыслями по древу, сосредоточимся на одной ипостаси Александра Васильевича, молвим слово о Суворове, как организаторе, руководителе, управленце. Скрупулезно, вдумчиво прочитав источники: от «Науки побеждать» и «Полкового учреждения», писем, приказов и диспозиций самого Суворова, до мемуарной и художественной литературы, воспоминаний друзей и врагов, – постараемся извлечь уроки, вписать наследие Суворова-руководителя в самые современные, злободневные, актуальные контексты. Велик учитель Суворов!

Урок 1. Для успеха дела, сопряжённого с высоким риском, необходимостью предельной концентрации, осуществлением сверхусилий, одной гедонистической, эгоистической, утилитарно-меркантильной мотивации явно недостаточно. По-настоящему мобилизовать человека и коллектив могут только высокие, духовные устремления и смыслы. Истинная конкурентоспособность есть атрибут людей нравственных. Суворовская иерархия мотивов насквозь была проникнута идеей служения, долга, чести, венчалась триадой Бог, Царь, Народ.

Урок 2. Человечное отношение к подчинённым. Когда в солдате видели бесправного крепостного, или «механизм, воинским артикулом предусмотренный» (Фридрих II), Суворов, выражаясь сегодняшним языком, строил субъект-субъектные, братские (Н.Ф.Фёдоров) или отцовские отношения с младшими по званию («Слуга царю, отец солдатам»). Вникать во все мельчайшие бытовые детали (нет мелочей), на равных делить тяготы воинской службы, есть из одного котелка, со шпажкой в руке идти под пули, впереди гренадёров, быть примером во всём – вот кредо Суворова. Чудо-богатыри платили (крайне неуместное слово) своему командиру той же монетой. Да что там, авторитет Суворова в войсках был непререкаемым, солдаты трогательно любили Суворова, готовы были безропотно жизнь положить за своего «отца».

Урок 3. Учёт менталитета, национальных особенностей. Нельзя людей унифицировать, «обстричь одним нумером». Необходимо знать и использовать сильные и слабые стороны представителей различных национальностей. Суворов даёт замечательно точные характеристики специфики душевного, психологического склада своих противников и союзников: немцев, турок, поляков, французов, австрийцев.
Что касается русских, Суворов отмечает такие качества народа как: солидарность, взаимовыручка, стойкость, терпеливость, неприхотливость в быту, мужество, любовь к Родине, способность к невиданной концентрации усилий. Русский характер выковывался в миру – крестьянской общине, оттуда и рекрутировались солдаты. Свой отпечаток на наш национальный характер наложил ландшафт, природное окружение, особенности климата, когда «день год кормит».
Учёт национальных особенностей русских позволил Суворову выбрать и довести до совершенства основной победный тактический приём – знаменитый штыковой удар, на который противник (уже в силу своих национальных и культурно-исторических особенностей) так и не смог дать адекватного ответа.

Урок 4. Культ победы. Иной раз ещё до сражения мы сами себя напугаем так, что от собственной тени шарахаемся, погрузим в пораженческие настроения, накликаем беду на голову. Суворов учил не так. Каждый приказ будто программировал солдата на победу. Другой исход не обсуждался. Как известно, Суворов запретил даже употреблять в приказах само слово «ретирада» (отступление), дипломатично и психологически выверено заменив «ретираду» «упражнением для ног». «Богатыри, неприятель от вас дрожит» - вот лейтмотив всех приказов и диспозиций Суворова. Самый тяжкий грех – уныние. Развод заканчивался словами: Бодрость, Смелость, Храбрость, Победа. Слава! Слава! Слава!

Урок 5. Оптимальное диалектическое сочетание стереотипных, рутинных и творческих компонентов в деятельности подчинённых. С одной стороны, Суворов бесконечными, максимально приближенными к реальным боевым условиям, повторениями, упражнениями алгоритмизировал, до автоматизма доводил отдельные базовые боевые операции и навыки. Приказы Суворова были чрезвычайно подробными, представляли собой полную ориентировочную основу действий подразделений.
Каждый солдат, поистине, «знал свой манёвр». Из простых операций-элементов, как из пазлов, могла быть сконструирована сколь угодно сложная картина-диспозиция.
С другой стороны, Суворов прекрасно понимал, что жизнь богаче любого, самого изощрённого воображения («Скучна теория мой друг, лишь древо жизни пышно зеленеет»). Поэтому солдатам в общем, касающемся их непосредственно виде, доводился замысел сражения. Зачастую приказ обрывался словами «далее войска действуют по усмотрению, обстоятельствам». Суворов столь же высоко ценил в солдатах находчивость, смекалку, смётку, как и ненавидел «немогузнайство», терпеть не мог людей, пасующих перед неожиданно возникающими проблемами. Это не удивительно, ведь цена замешательства известна – жизнь, успех сражения.

Урок 6. Воля. Наполеон уподобил талант полководца квадрату, где одна сторона – ум, другая – воля. Любой перекос губителен. Суворов обладал «чудовищной силой воли». В слабом теле оказался недюжинно сильный дух. «Теплохладный», безвольный руководитель обречён. Вспоминая восточную мудрость, согласимся, что стадо баранов, возглавляемое львом, одолеет стаю львов, предводительствуемую бараном.

Урок 7. Наступательность. Захват стратегической инициативы. Навязать свои правила противнику, ошарашить, не дать опомниться, вынудить неприятеля с запозданием реагировать на эскапады новых, нетривиальных ударов. Избегать шаблона, действовать максимально креативно, сохраняя за собой роль субъекта, хозяина-распорядителя, режиссёра боя, обрекая противника на незавидную участь объекта для манипулятивного воздействия, увлекая противника к гибели.

Урок 8. Законченность, завершённость. «Недорубленный лес вырастает вновь». «Добить врага в его логове». Не останавливаться на полпути, доводить любое дело до логического конца. Подвести черту, осмыслить происшедшее, проанализировать достоинства и промахи, перевести дух и вперёд, к новым победам и свершениям!

Урок 9. Быстрота. «Лёт фортуны молнийн, успей схватить её за власы», писал Суворов. Порой минута решает исход целой военной кампании. Время – особое измерение. Суворов знал цену времени. Чего стоит только беспрецедентная скорость походного марша прославленных суворовских войск, требующая не меньшей воли и выдержки, нежели отчаянная штыковая атака. Суворов всё делал «бегом», торопясь жить, спрессовывая максимальное количество дел, дум, эмоций в минимальном отрезке драгоценного времени. Того же требовал от подчинённых, ставя в пример «вечного работника» великого Петра. Результат не замедлил сказаться, Суворов опередил свою эпоху, предвосхитил стратегию и тактику новых маневренных войн века девятнадцатого.

Урок 10. Натиск. «Нога ногу подкрепляет, рука руку усиляет». «Первая шеренга рвёт, вторая валит, третья довершает». Суворов считал, что своевременное и мощное, почти за гранью возможностей находящееся усилие, в конечном счёте, гораздо «экономичнее» ударов вполсилы. Натиск – это кумулятивный, синергитический эффект, возникающий от «единодушного, единовременного, совокупного содействия» войск.

Урок 11. Глазомер. Все, кто учился в советских ВУЗах, помнят дифирамбы так называемому диалектическому мышлению. Суворовский глазомер и есть диалектика. Одним взглядом окинуть театр военных действий, сразу нащупать мейнстрим, выделить главное, абстрагироваться от второстепенного, не упустить из вида ничего, способного повлиять на исход баталии. Совершать беспрерывные, челночные возвратно-поступательные движения – воспарять, восходить ввысь, к теоретическому, коршуном падать вниз, не отрываясь от «грешной земли», понимая нужды, потребности, психологическое состояние солдата. Удерживать в компьютере мозга колоссальные объёмы информации - от лингвистических изысков до характеристик оружия, от рельефа местности, до военно-исторических казусов. И при этом… не путаться, строить, динамичный субъективный образ объективного мира, образ, сотканный из противоречий, и поэтому живой.

Урок 12. Простота. Известнейший советский психолог Б.М.Теплов считал умение делать сложное – простым, доступным, понятным, ключевой составляющей ремесла полководца. Всё гениальное – просто, банально, но факт. Суворовская простота есть не редукция, но квинтэссенция мудрости и опыта.

Урок 13. Академичность. Обучаемость. «Без светильника истории тактика – потёмки», так учил Суворов. «Учиться, учиться, учиться», не придаваться чванливому самоуспокоению, не почивать на лаврах, не замыкаться в этнографическом заповеднике. Как губка впитывать всё новое, прогрессивное, эффективное. Критическое, непрямое, творческое заимствование теоретического наследия Запада и Востока, синтез своих, доморощенных доктрин, с учётом «местной специфики», ибо «местному виднее» - так учил Суворов.

Урок 14. Дисциплина. «Душа наша, мать родная, святая дисциплина». Не мертвящая палочная муштра, не подавляющее человека, приводящее в шок и трепет наказание, а разумная, возвышающая, достойная Человека дисциплина. Для её водворения Суворов прибегал к наказанию и поощрению, стараясь что бы всё достойное таких мер воспитания было замечено командиром. Но больше всего Суворов уповал на личный пример и на слово, коим владел мастерски, умея находить самые тонкие струны в душе своих подчинённых, самые лучшие медиаторы для извлечения воинственной музыки, от которой души солдат приходили в священный восторг. Суворовский солдат сражался не за страх, а за совесть.

Урок 15. Юмор. В одном сражении солдаты дрогнули и побежали. Что же Суворов? «Молодцы, ребята, заманивай неприятеля». Суворов обладал искромётным, по случаю резким, грубоватым, или изящно-изысканным, но всегда безукоризненно бьющим наповал, неизменно «доходящим» до адресата чувством юмора. Острое суворовское словцо подбадривало, сбивало спесь с противника, дарило силы, воодушевляло, бичевало пороки. Даже сама смерть, казалось съёживалась и теряла свою метафизическую власть над человеком при свете суворовской иронии и самоиронии. Юмор помог Суворову пережить гонения и нападки завистливых придворных ничтожеств.
Ну что ж, пока остановимся. Я честно пытался понять, истолковать, повторить уроки, преподанные нам Суворовым. Нам, сегодняшним «россиянам», пережившим позор, видевшим как «Из-под твердынь Измаила,// Не знавший досель ретирад,// Понуро уходит последний// Суворовский мёртвый солдат».
С этими пронзительно-пламенными строками летом 1942 года обратился Константин Симонов к соотечественникам. Тогда, в Великую Отечественную, наши деды и прадеды оказались достойными продолжателями дела Суворова. А что же мы? По крайней мере, мы обязаны не сдать врагу бастионы нашей последней твердыни-памяти, и пока жив в нашем сердце Суворов, не всё потеряно, сохраняется шанс, воскреснув – победить!